Митохондриальная ДНК подтверждает, что средневековая Добруджа была местом встречи европейских и азиатских народов

Ах, Добруджа, Добруджа!.. Иногда ты снишься мне.
Валентин Катаев, «Кладбище в Скулянах»

Исследование митохондриальной ДНК людей, захороненных в X веке в исторической области Добруджа (современная Румыния), в окрестностях византийской крепости Капидава, показывает, что население этих мест было очень разнообразным: типично европейские генетические варианты соседствуют с типично азиатскими, появление которых, вероятно, связано с миграциями кочевников, проникавших в Европу с востока. Эти данные хорошо иллюстрируют положение Добруджи как перекрестка цивилизаций, или, по выражению авторов обсуждаемой статьи, «ворот Европы».

Рис. 1. Современный вид развалин крепости КапидаваДобруджа — историческая область в Юго-Восточной Европе, расположенная у Черного моря, а точнее — вытянувшаяся между этим морем и южным течением реки Дунай. Большая часть современной Добруджи принадлежит Румынии, меньшая часть — Болгарии. Но так обстоит дело только в последние несколько десятилетий. Раньше всё было иначе — и по-разному. Географическое положение Добруджи обусловило ее исключительно бурную историю: она была театром множества войн (от похода Дария I против скифов до Крымской и Первой мировой, которую вспоминал Валентин Катаев в автобиографической прозе), а народы и племена, жившие там за последние три тысячи лет, трудно даже полностью перечислить — наверняка кого-то пропустишь. Это типичный «перекресток цивилизаций».

Первыми известными обитателями Добруджи были фракийцы (точнее — геты). Они населяли ее много веков. Однако еще с глубокой древности фракийцам приходилось так или иначе делить эту страну с другими народами. Ее побережье рано (в VII веке до н. э.) начали колонизировать греки, а в континентальную часть в III веке до н. э. вторглись кельты, оставившие о себе долгую память в виде некоторых географических названий. Примерно на рубеже нашей эры, при императоре Августе, нынешняя Добруджа стала римской провинцией. Именно там, в городе, который сейчас называется Констанцей, отбывал свою знаменитую ссылку поэт Овидий. Уникальность положения Добруджи — в том, что, будучи окраиной Римской империи, она одновременно была окраиной евразийского степного мира. С точки зрения географии Нижнее Подунавье, и в том числе Добруджа, — это самая западная оконечность Великой Степи, тянущейся отсюда на 8 тысяч километров, вплоть до Маньчжурии (Е. Н. Черных, 2008. Евразийский «степной пояс»: у истоков формирования). Неудивительно, что в историю Добруджи внесли огромный вклад проходившие по ней на протяжении тысячелетий бесчисленные степные народы: киммерийцы, скифы, сарматы, авары, булгары, печенеги, половцы и, наконец, татары.

Римляне удерживали Добруджу несколько столетий. В VII веке Восточная Римская империя (которую мы привыкли называть Византией) была наконец вынуждена оставить эту провинцию под непрекращающимся натиском степных племен — сначала аваров, потом булгар. В результате Добруджа стала частью Первого Болгарского царства. Однако в X веке византийцы при помощи знаменитого киевского князя Святослава отвоевали у болгар территорию Добруджи, включив ее в состав фемы Паристрион (фема — это военная провинция, а Παρίστριον значит «прилегающая к реке Истр», то есть придунайская). В этом статусе провинция существовала до XII века включительно, пока Византийская империя не стала рушиться.

Интересно, что византийцы называли западную окраину Великой Степи, куда относится и Добруджа, не как-нибудь, а «Месопотамией Запада» (см. M. Petrisor, 2018. Dobrudja, in the Mesopotamia of the West). Скорее всего, имелось в виду, что в сторону Черного моря там текут сразу несколько крупных рек: Дунай, Прут, Днестр, Южный Буг, Днепр. Но даже если это был всего лишь технический термин, он невероятно символичен (и румынские историки охотно это подчеркивают).

Именно в Добрудже находится древняя крепость Капидава (Capidava, рис. 2), руины которой давно и тщательно изучают археологи (рис. 1). Эта крепость была построена римлянами, потом потеряна вместе со всей провинцией, а потом воссоздана в X веке византийцами; окончательно разрушили ее печенеги во время очередного набега.

Рис. 2. Положение крепости Капидава на карте современной Румынии

Объектом нового исследования румынских ученых (проведенного при поддержке итальянцев и испанцев) стали найденные в окрестностях крепости Капидава скелетные остатки людей. Радиоуглеродный анализ показал, что эти остатки, скорее всего, относятся к X веку (интервал 880–990 гг. н. э.), то есть как раз к тому времени, когда византийцы отвоевывали Добруджу. Исследователей заинтересовало генетическое разнообразие средневековых жителей этой области. В качестве непосредственного объекта изучения была выбрана митохондриальная ДНК (мтДНК), генетические варианты которой у человека сейчас достаточно хорошо изучены (см. Human mitochondrial DNA haplogroup). Группа унаследованных от общего предка схожих генетических вариантов (гаплотипов) называется гаплогруппой. У нашего биологического вида Homo sapiens известно более 30 гаплогрупп мтДНК, каждая из которых имеет свою неповторимую историю, перекрывающуюся — но, разумеется, не совпадающую в точности — с историей тех или иных языков и народов.

Исследователи выбрали для анализа 11 относительно неплохо сохранившихся скелетов, принадлежащих людям разного пола и возраста (от младенцев до 30–40-летних мужчин и женщин; интересно, что стариков в выборке не оказалось). Все они были захоронены не в самой крепости, а снаружи от ее стен. Скорее всего, местные жители сознательно селились близ крепости, и в результате там возникали семейные кладбища.

При отборе и обработке проб в лабораториях строжайше соблюдали стерильность. Более того, на всякий случай были определены митохондриальные гаплогруппы всех участвовавших в работе сотрудников, чтобы свести к минимуму вероятность загрязнения (контаминации) изучаемых образцов современным генетическим материалом. И это не осталось чистой формальностью: в одном случае установленная для человека X века гаплогруппа совпала с гаплогруппой одного из исследователей (правда, довольно распространенной как в средневековой, так и в современной Европе). Контаминация тут не доказана — скорее всего, ее не было, — но из окончательных результатов, которые вошли в статистический анализ, этот образец на всякий случай исключили. Хотя, конечно, полные данные в приложении к статье доступны всем интересующимся.

Кроме того, некоторые из индивидов, скелеты которых стали объектами исследования, совершенно определенно оказались близкими родственниками друг друга (конечно, по материнской линии — ведь митохондриальная ДНК наследуется только по ней). В одном случае это были взрослые мужчина и женщина, в другом — двое детей. В статистическом анализе данные по этим индивидам были попарно сведены вместе. Таким образом, хотя скелетов было одиннадцать, независимых единиц, гаплогруппы которых имело смысл сравнивать, в итоге осталось всего восемь.

В трех случаях из этих восьми митохондриальный геном оказался принадлежащим к гаплогруппе H, самой распространенной среди населения современной (и не только современной) Европы. Еще в двух случаях обнаружилась характерная для Европы гаплогруппа U, и в одном — более редкая, но тоже преимущественно европейская гаплогруппа V.

Взрослые мужчина и женщина, которые были близкими родственниками, оказались обладателями гаплогруппы R0. Эта гаплогруппа возникла на Аравийском полуострове; сейчас она встречается в первую очередь на Ближнем Востоке и в северо-восточной части Африки, а в Европе — гораздо реже. В Добруджу носители гаплогруппы R0 могли попасть, например, через Восточную Римскую империю, которая до VII века контролировала значительную часть Ближнего Востока.

И наконец, двое детей, пол которых определить не удалось (брат и сестра, или два брата, или две сестры), оказались обладателями гаплогруппы N, характерной в первую очередь для Азии. Субгаплогруппа, носителями которой они были, называется N9a. Эта субгаплогруппа — не просто азиатского, а центральноазиатского происхождения. В наше время она чаще всего встречается в Японии, Корее, Китае и Монголии (см. M. Derenko et al., 2012. Complete mitochondrial DNA analysis of Eastern Eurasian haplogroups rarely found in populations of Northern Asia and Eastern Europe). Есть и археологические данные: обладателем субгаплогруппы N9a оказалась женщина, скелет которой нашли в районе Красноярска и время жизни которой датируется железным веком (интервал 100–400 гг. до н. э.). Несколько скелетов с митохондриальной ДНК этой группы было обнаружено и в Европе; более древние из них, видимо, связаны с проникновением сарматов, а более молодые — с нашествием венгров, которое было остановлено немцами как раз в X веке. Нынешняя находка представителей субгаплогруппы N9a в Добрудже документально показывает, что пришельцы из глубин Азии проникли и туда. Это могли быть авары, булгары, венгры или печенеги — выбор большой, и точнее тут пока не скажешь. Недаром в заголовке обсуждаемой статьи Добруджу назвали «воротами Европы».

Источник: Ioana Rusu, Alessandra Modi, Stefania Vai, Elena Pilli, Cristina Mircea, Claudia Radu, Claudia Urduzia, Zeno Karl Pinter, Vitalie Bodolica, Catalin Dobrinescu, Montserrat Hervella, Octavian Popescu, Martina Lari, David Caramelli, Beatrice Kelemen. Maternal DNA lineages at the gate of Europe in the 10th century AD // PloS ONE. 2018. V. 13. № 3. e0193578. https://doi.org/10.1371/journal.pone.0193578.

Сергей Ястребов